|
Без названия (Автор: BePec, второе место на Восьмом этапе Литературного конкурса)
Вечер накануне отъезда выдался хлопотным…
Ликос метался по комнате, как испуганный хомяк по новой клетке.
- Да где же она? – поминутно вопрошал он, заглядывая под лавки и открывая стенные шкафчики. – Ну, куда она могла задеваться?
- А чего ты ищешь? – поинтересовался я.
- Да котомка моя походная куда-то запропастилась. Ты случайно её не видел?
- Нет. Да что ты переживаешь? Возьми другую.
Ликос посмотрел на меня так, будто я предложил ему, по крайней мере, произвести операцию по смене расы и переквалифицироваться в гнома:
- Да ты что! Ты что!!! Это же МОЯ КОТОМКА, мне она от отца досталась… Где же она?...
Я пожал плечами, и вернулся к своему обычному вечернему занятию – заточке и правке лезвия кинжала. Честно говоря, я не видел особых причин ТАК волноваться по поводу обычной сумки, но через какое-то время поисковый энтузиазм Ликоса заразил и меня, и я пришел на помощь своему юному товарищу.
Заглянувший чуть позже проведать нас и обговорить последние детали похода Урсус, узнав о причинах суеты Ликоса, принял самое активное участие в наших поисках.
Чертыхаясь и чихая от поднимаемых в воздух кубометров пыли, мы обшаривали нашу малюсенькую комнатку так, как будто здесь был зарыт клад капитана Флинта.
- Когда и где ты ее последний раз снимал? – спросил Урсус, вылезая из-под кровати и снимая с макушки великолепный образец паучьего ткачества.
- Да как обычно! – чуть не плача, простонал Ликос. – Вчера вечером… Поздно уже было, темно. Я пришел от…
Тут он, запнувшись, бросил быстрый взгляд на Урсуса. Урсус скривился, как от таблетки хинина.
- От товарища… - замявшись, выкрутился Ликос.
- Да знаю я, от какого «товарища» ты пришел… – махнул рукой Урсус. - Когда Элана вчера в потемках ведро на кухне уронила, наверно, все соседи проснулись… А мне как раз такой сон снился… Ладно, давай дальше.
- Ну, так вот! – воспрянув духом, воодушевленно продолжил Ликос. – Я, значит, пришел. Открываю дверь - смотрю, Сержант уже спит.
Вообще-то я не спал, а только делал вид, чтобы не смущать юного друга, но исправлять нашего рассказчика я уже не стал.
- Поэтому, - продолжил Ликос, демонстрируя нам, как это было, - я на цыпочках пробрался к шкафу, снял котомку и, открыв дверцу, повесил ее вот сюда на крюк…
Выполнив все вышеозначенные действия, Ликос распахнул дверь шкафа и уперся носом в мирно висящую на крючке небольшую торбочку грязно-серого цвета, украшенную какой-то загогулиной.
Издав радостный вопль, Ликос схватил котомку – надо сказать, довольно потертую – и прижал ее к груди, как мать прижимает к себе свое дитя после долгой разлуки.
- Тьфу ты, жучара болотный! – ругнулся Урсус, поднимаясь с колен и отряхивая штаны. – А раньше ты посмотреть там не мог?
- Я смотрел! – пролепетал Ликос, оправдываясь, но не переставая лелеять свое сокровище. – Её там не было.
- Ну да, - проворчал Урсус, стирая очередное пятно и отряхивая руки. – Она тут сходила прогуляться ненадолго и только что пришла…
Выждав, когда радость Ликоса и раздражение Урсуса немного поутихнут, я задал вопрос, который все время наших поисков вертелся у меня на языке:
- Ну, и что же ценного в этой торбе, кроме того, что это – фамильная реликвия? Кстати, в моем мире эта тряпочка называется «рюкзак». Или по-армейски – «вещмешок».
Теперь уже на меня возмущенно смотрели две пары глаз.
- Ах, да! – спохватился Урсус. – Ты же не знаешь… Понимаешь, Серж, это вещь – не просто котомка. Простой сумке до нее – как перочинному ножу до двуручного клинка: вроде бы принадлежит к холодному оружию, но пользы от него в бою – ноль.
- Котомка, – подхватил Ликос, - это практически самое ценное, что есть у жителя Элинора. Рождаясь на свет, ребенок получает из рук своих родителей маленькую скромную сумку.
- Эти котомки, – перебил Урсус, – создаются лучшими заплечных дел мастерами…
- Кем?!!! – поперхнулся я.
- Заплечных дел мастерами – еще раз терпеливо, как несмышленому малышу, пояснил Урсус. – Сумки же носятся за плечами, на спине. Поэтому их создатели и называются «мастерами заплечных дел».
Пришлось перевернуть перед друзьями еще одну печальную страницу истории моего мира.
- Тьфу! Ну, вы и додумались! – негодующе воскликнул Ликос. – Такое почетное звание и присуждать людям такой низменной профессии…
- Мда-а-а… - философски протянул Урсус. – Чужие нравы… Ну, ладно… Так на чем мы остановились-то? Ах, да! Создаются котомки заплечных… Ну, в-общем, умельцами создаются. Причем на изготовление мешков идет лучшая шкура Соли-Дорского ящера. Она очень прочная, и после хорошей обработки приобретает все необходимые свойства.
- Ну какие могут быть свойства у дорожной сумки? – скептически протянул я.
- Одно из таких свойств, - пояснил Ликос, – состоит в том, что чего бы ты ни положил в мешок, ты практически не почувствуешь увеличения веса. Очень, знаешь ли, полезно в длительном походе! Кстати, в детские котомки сразу вставляют руну поиска – чтобы проще было следить за малышней.
- Малыш растет и, когда приходит срок, решает, кем он будет – воином ли, алхимиком или тайнописцем. Определившись с выбором, подросток начинает свое обучение у мастера сначала в качестве подмастерья, потом - ученика. – Продолжил Урсус.
- Постепенно, - подхватил Ликос, - он приобретает новые знания и повышает свое мастерство. Чем выше степень умений ученика, тем больше вместимость у его котомки.
- Подожди! – прервал я рассказчика. – Ты что, хочешь сказать, что этот мешок увеличивается со временем?
- Не увеличивается! - строго поправил меня Ликос, - Вернее, внешне не увеличивается. А вот его внутренний объем может меняться, и очень сильно. Но это зависит не только от искусства изготовителя и мастерства хозяина. Увеличить объем котомки можно и магическими средствами. Вот видишь этот знак? Это - руна вместимости.
С этими словами Ликос показал мне «загогулину», украшающую рюкзак. По переплетенным между собой линиям, составляющим руну, периодически пробегали синеватые всполохи, указывающие на магическую природу объекта.
- С помощью этой руны я могу положить в свой вещмешок дополнительно еще несколько предметов, которые могут стать незаменимыми в нашем походе.
- А в мой рюкзак, - перебил Ликоса Урсус, с удовольствием «покатав» на языке новое словечко, - вплетена руна здоровья, исцеляющая меня в бою от небольших ран.
- Кроме того, - продолжил Ликос, бросив недовольный взгляд на юного воина, - моя котомка досталась мне от отца. А отец, как ты знаешь, был очень хорошим магом, и самостоятельно внес в нее кое-какую особенность. Вот скажи, Урсус, ты сможешь найти в моем рюкзаке… Ну, например, мешочек с солью?
- Да не вопрос! – скривил губы в усмешке Урсус. - Хоть с завязанными глазами!
- Ладно, давай попробуй найти хотя бы с развязанными!
С этими словами Ликос протянул Урсусу свой баул, и, отвернувшись от молодого воина, заговорщицки подмигнул мне.
Предвкушая какой-то очередной сюрприз, я уселся на скамье, как зритель в театре на премьере новой пьесы.
Урсус уверенно распахнул рюкзачок Ликоса и, снисходительно ухмыляясь, запустил туда руку по локоть.
- Так… - бормотал он. – Это не то… Это опять не то… Ты чего, с собой камни таскаешь, что ли?
Пошарив так некоторое время, он вытащил руку из котомки и с подозрением взглянул на Ликоса:
- А там точно есть мешок с солью?
- Есть, есть! – ухмыльнувшись, «успокоил» его Ликос. – Ищи давай!
Урсус недоверчиво хмыкнул и залез в котомку рукой уже по плечо. Странно… А мне-то казалось, что котомка относительно невелика.
Покраснев от досады, Урсус упрямо шарил и шарил рукой в суме. Мы с Ликосом начали потихоньку посмеиваться, маскируя свои смешки под приступы внезапного кашля.
После очередного «приступа» нашего кашля Урсус побагровел и… Вот этого я никак не мог себе представить! Бросив мешок на пол, Урсус распахнув его горловину и, чертыхаясь, влез в котомку, как в собачью конуру, да так, что наружу остались торчать только его ноги.
Моя челюсть предприняла доблестную попытку получить независимость и объединиться с полом. Странное, доложу я вам, зрелище – из двух футового мешка торчат человеческие ноги, обрезанные по колено. Кажется, что-то подобное я читал в какой-то сказке, но чтобы такое видеть собственными глазами – этого мне еще не доводилось.
Через пять минут из котомки, словно из глубокого колодца, раздался трубный голос Урсуса:
- Все, я сдаюсь! Вытаскивайте меня отсюда!
Расхохотавшись в голос, мы с Ликосом помогли нашему «археологу» освободиться от мешка.
Урсус появился на комнатный свет взъерошенный, как щенок после купания.
- Смотри! – Ликос взял котомку и приоткрыл ее горловину.
- Соль! – произнес он и, сунув руку вовнутрь, тут же вытащил ее обратно. В кулаке у Ликоса был зажат довольно приличный – фунта на три – мешочек из белой ткани.
- Соль лежала у самого верха. Мой отец заговорил сумку так, что достать из нее что-либо нужное может только её хозяин. Перед своим отъездом в Гринхилл он подарил котомку мне, как будто что-то предчувствуя… Так что, Урсус, все твои попытки были напрасными. Максимум, что ты смог бы из нее вытащить – обломок камня. Кстати, если у меня ее украдут, то вору придется проститься со всеми вещами, которые он туда положит. Ну, во всяком случае, чтобы что-то оттуда достать, ему придется попросить об этом меня.
Теперь мы смотрели на вещмешок Ликоса с уважением.
Еще бы! Котомка, которая защищает имущество своего хозяина. Да любой из нас многое отдал бы за такой предмет.
Словно читая наши мысли, Ликос нежно погладил сумку и рассмеялся:
- Бедняга Барфос! Он так рассчитывал, что пятьсот золотых монет будут серьезным аргументом в просьбе уступить ему котомку, что чуть не расплакался, когда я ответил ему решительным отказом.
- Кстати, Серж, - хлопнул меня по плечу Урсус. – Тех денег, что выделил тебе Донован, вполне должно хватить, чтобы укомплектовать тебя чем-то подобным.
- Да брось ты, Урсус! - пытался возразить я, - У меня и класть-то туда будет нечего.
- Поверь моему опыту, друг мой! – с пафосом сказал юный воин, положив обе руки мне на плечи. – Если поход тебя не убьет, то он тебя обогатит!
- И много походов тебя обогатили? – насмешливо поинтересовался Ликос.
Урсус крякнул и смущенно почесал свой затылок:
- Зато и убить меня пока еще никто не смог!
|
|
